22 рассказа бывших заключенных о том, что больше всего потрясло их после выхода из тюрьмы

Пиковая дама в камере убийц[править]

Так пока есть время, настрочу ещё одну из IRL.

Мистики тут почти никакой, но история довольно занятная.

Там же на пятёрке, ещё на малолетке, решили мы вызвать пиковую даму. Нас в камере было человек девять, из них семь сидело за убийства. У кого-то один труп, у кого-то четыре.

Среди действующих лиц, которые заслуживают внимания — Гусь и Пермский маньяк.

Гусь был довольно странным человеком, если не рассматривать то, что завалил с друзьями человек пять, может больше, может меньше, не помню.

С его слов,он до пяти лет не мог ходить, проблемы с позвоночником, возили на инвалидной коляске. После этого его кто-то с родни свозил толи к ведьме, толи к целительнице, и та поставила его на ноги. Ходить он стал, но передвигался делая движения головой — вперёд-назад, поэтому его на тюряжке и прозвали Гусём. Как Гусь подрос, то стал убивать. Сидел он за то, что с парой друзей завалил кучку алкашей ,которые заняли беседку в небольшой лесополосе, где они тусили. Среди этих алкашей был чемпион конькобежного спорта СССР (Не старайся гуглить, анон, я пытался, не нашёл. Но в материалах дела, которые Гусь давал читать, своими глазами это видел). Они пару раз предупредили алкашей, чтобы они освободили беседку — те не послушались. Через пару дней Гусь и пара его друзей пришли туда, вооружённые ножами и палкой с гвоздём. Зарезав одного бухарика, который отошёл от беседки толи прогуляться, толи поссать, они вышли на поляну перед беседкой. Тут самое доставляющее. Алкашка (баб они не убили) их увидела, с ножами в руках и окровавленных и испуганным голосом пробормотала «Ребята.. Вы кто?» (сам всё это читал в материалах дела). На что подельник Гуся ответил «Мы не ребята ! Мы сатана!» и давай резать её корешей. Одному из потерпевших, он оставил 132 (как сейчас помню) дырки в голове, пробитых палкой с гвоздём.

Пермским маньяком мы прозвали пизд#ка (который как потом выяснилось оказался ещё и сухарём, но на его счастье, его в тот момент уже увезли с централа), который на пару с другом, убили человека четыре за одну ночь. Двое 14-летних малолеток в Перми надышались клеем и поспорили, сколько успеют завалить народу за ночь. Успели вальнуть пару мужиков, причём с несколько доставляющими подробностями. Например завалив одного на автобусной остановке, он сидел на его трупе и дышал клеем, а мимо ходили люди и всем было глубоко похер. А другому они отрезали ногу, и хотели её сварить и съесть, но передумали.

Итак, именно Гусь предложил вызвать пиковую даму.

На малолетке, в отличии от взросла, свет на ночь отключают и горит только ночник. Мы занавесили два окна в хату одеялами , занавесили ночник. В хате стало почти абсолютно темно. Как глаза попривыкли, я , Гусь и Пермский маньяк пошли на дальняк (сортир, огороженный перегородкой — «слоником», где ещё умывальник и нужное нам зеркало) вызывать пиковую даму. Остальные остались на шконках наблюдать.

Гусь нарисовал, толи мылом, толи пастой зубной, уже не помню , лестницу, точку, и начал бормотать призыв.

Стали ждать , что произойдёт. Пермский маньяк дико начал паниковать, вцепился мне в ногу (я намного выше его) и его прям затрясло, начал вопить «Она двигается, двигается». Я в зеркало смотрю, вроде бы точка на месте. А Гусь начал подтрунивать, зловеще смеяться и говорить «СЕЙЧАААС СЕЙЧАААС ДЕВА ТЬМЫ ПРИДЁЁТ», отчего Пермский маньяк начал паниковать ещё больше и орать, чтобы Гусь заткнулся и стёр лестницу с зеркала.

От таких дел, я решил отойти подальше и посмотреть со стороны, пошёл и прилёг на шконку. Пермский маньяк пытается подорваться к зеркалу, Гусь его не пускает (Гусь ростом тоже был , метра под два). Тот начал орать, что убьёт его, Гусь лыбится, говорит «ну давай». Пермский маньяк заметался и побежал к «языку» (около окон, полка в стене, закреплёная большими болтами). Суть в том, что один из болтов мы расшатали и достали из стенки, а болт таких размеров, что им вполне реально проломить голову. Мы им кабуру в стене долбили (дырку в стенке для связи с соседней хатой). Ну вот пермский этот ебанько, подбегает и хватает этот болт. Уже мы на него давай орать, чтобы положил на место. Но тот рванул на Гуся. Гусь встал на дальняке , с виду уже готовый и ждёт. Маньяк забегает на дальняк, смотрит на Гуся, смотрит на зеркало, внезапно его лицо искажается в ужасе и он начинает болтом долбить зеркало. А зеркала в тюрьме такие, что разбить его нереально. Точнее оно покрывается трещинами и не более. Ну вот он потрескал нам так всё зеркало и только после этого успокоился. Пошёл убрал болт и измотанный лёг спать. Больше мы решили никого не пытаться вызвать в этой хате.

«Riot Days», Мария Алехина

Она сказала, что пришла в храм, начала протирать подсвечники и потом увидела «какие-то действия». «Какие действия?» — уточнил прокурор. «Подпрыгивания, четкие спланированные подпрыгивания», — ответила свечница.


Обложка книги Марии Алехиной Riot Days / Macmillan Publishers, Metropolitan Books

Мария Алехина собрала клочки воспоминаний про ту самую акцию в храме, суд и тюрьму и соединила в книжку, которую можно прочесть за полтора часа. Эта книжка из того времени, когда банда Pussy Riot еще не стала брендом и состояла из панкушек, целующих сотрудников милиции в метро. Тогда в России все говорили слово «революция», чтобы потом начать говорить слово «амнистия». С Алехиной можно немного посмеяться и можно, конечно, погрустить — из-за тюрьмы, из-за людей или из-за того, что всеобщая наивность тех лет осталась в прошлом. Особенно интересно, что книга о женской тюрьме — такой литературы на русском языке меньше, чем о тюрьме мужской. Так что можно считать Riot Days еще одним манифестом русского феминизма. Причем манифест этот довольно нескучный.

«Компьютерный гений»

Как-то появился у нас в «хате» один фраерок, который явно не нюхал параши. Звали его Миша Зильберштейн. По жизни он являлся барыгой, но не совсем обычным. Миша отлично разбирался в компьютерах, Интернете, информационных технологиях. Имел свой бизнес, а в следственный изолятор попал за махинации с налогами. «Прописку» Миша прошел довольно легко и был определен в «мужики». Человеком он оказался не жадным и сделал хороший взнос на общее (внес неплохие деньги в общак), чем завоевал расположение блатных. Мишу поселили на престижную шконку и избавили от всех бытовых забот. Казалось бы, о чем еще мечтать, будучи в СИЗО? Кантуйся по-тихому до суда, читай книжонки и газетенки, играй в домино, ходи на прогулки, смотри телевизор. Даже если суд вынесет обвинительный приговор — в исправительную колонию поедешь с отличными рекомендациями. Но остаться в масти «мужика» Мише было не суждено.

Некоторые ученые утверждают, что все сто процентов населения планеты Земля страдают психическими расстройствами в той или иной степени. Иными словами, все мы психически неадекватны. Но Миша явно выделялся на общем фоне размахом своего заболевания. Он ни минуты не мог усидеть на месте и носился по камере, как в задницу скипидаром намазанный.
К тому же Миша страдал музыкальной шизофренией в законченной стадии. Каждое утро начиналось с небольшой распевки. Сначала напевались блатные куплеты. Затем шел резкий переход к белогвардейской тематике. Потом новоявленный шансонье выдавал все перлы из многосерийного телевизионного фильма «Три мушкетера». Песни типа «Бургундия, Нормандия, Шампань или Прованс…», «Опять скрипит потертое седло…», «Есть в графском парке черный пруд …». А объявляя название песни, обязательно добавлял: «Вторая часть марлезонского балета!»

Печальный финал

Посовещавшись, местный блаткомитет постановил перевести Мишу из «мужиков» в «шныри» (уборщики камеры). Предполагалось, что тяжелый физический труд охладит творческий пыл новоявленного певца. Но не тут-то было. Свой перевод в «шныри» Миша воспринял с философским спокойствием. И как ни в чем не бывало продолжал песенное творчество.Блатные да и большинство мужиков были в ярости от такого бурного творчества, но поделать ничего не могли. Скажут певцу: заткнись, тот помолчит пару минут и снова начинает: «Кардинал ел бульон с госпожой Эгильон…» или «Констанция, Констанция…». При этом Миша формально никаких тюремных законов не нарушал. Поэтому по понятиям ему «предъявить» было нечего и наказать нельзя. Ведь у нас не беспредельная «хата».
Лафа закончилась, когда Миша, стирая вечером в тазике у «тормозов» чужие манатки, стал цитировать новый кусок из своих любимых фильмов и произнес такую, весьма многозначительную фразу из фильма:
— Не желаете ли попробовать петушка, господа мушкетеры?
Несчастного «шансонье» тут же разложили на шконке и оприходовали. Правда, в роли камерного «петуха» Миша пребывал недолго. От всех переживаний у него окончательно поехала крыша, и несчастного увезли в психушку. Там парня признали невменяемым и отправили в дурдом усиленного режима. Попав в колонию, я раздобыл диск с фильмом «Три мушкетера» и внимательно его просмотрел. Роковая фраза, сгубившая Мишу, действительно обнаружилась в середине четвертой серии, когда гвардеец кардинала задирает мушкетеров, обедающих в трактире, и кидает в их сторону настоящего пернатого.
В общем, чего только не бывает в нашей жизни.

Освобождение

Все в жизни проходит, прошли и долгие, окрашенные в моих воспоминаниях цветом индиго 72 часа. После обеда меня и Михаила вывели из камеры с вещами. Сергей пожелал нам обоим удачи. Нас соединили наручниками, надев на одну руку каждому
и посадили в УАЗик. В заднем отсеке лежало колесо. Вдвоем нам было очень мало места.

Соприкасаясь с Михаилом, я ощущал как он дрожит всем телом. Глаза были как у безумного – широко раскрытые, с покрасневшими веками и неподвижные, устремленные в одну точку…

Крыльцо районной прокуратуры было рядом с входом в Отделение милиции. Мы и двое сопровождающих нас милиционеров ждали около получаса. Первым завели меня. Прокурор, мужчина лет сорока, молча листал дело, время от времени поглядывая на меня. Закрыв дело, он уперся взглядом в меня и мне даже на секунду показалось, что в его взгляде промелькнуло сочувствие, а может быть я просто отчаянно искал его в нем…

— Фамилия, имя отчество…

— Раскаиваешься?

— Да,- ответил я, как меня и научил Сергей.

— Претензии, просьбы есть?

— Нет.

— Вы свободны. Все дальнейшее уточните у следователя.

Почти оглушенный этими словами, выхожу из кабинета. Следом завели Михаила. Мы ждали. Когда они вышли, я видел, что Михаил не видит никого… Его глаза были совсем пустыми и смотрели в никуда.

На улице мы разошлись. Его посадили в тот же УАЗик, а меня повели в отделение.
Там мне выдали все, что изъяли кроме обручального кольца и тут же повели на второй этаж. На двери была табличка «Следователи». В комнате было три стола. За одним из них сидела довольно молодая женщина, то ли кореянка, то ли казашка. Именно с ней мне и предстояло общаться. Самое первое, что я ей сказал – о кольце. Она сказала мне посидеть немножко и вышла. Минут через пять она вернулась и протянула мне кольцо.

Потом был разговор, подписка о невыезде, обмен телефонами и так далее. Когда я вышел из кабинета, меня ждал сюрприз – я попал в объятия сестры. Тут я не смог сдержать слезы. Это было свыше моих сил.

Как оказалось, в этом отделении работает ее одноклассник и именно он отыскал меня, именно он сообщил ей, где я нахожусь. Узнали они обо мне только за пять часов до визита к прокурору, то есть трое суток меня просто не было на свете. Ни в больницах ни в моргах, ни в милиции, где тоже отвечали что такой человек через них не проходил…

Мы решили, что в таком виде заявляться к родителям ни в коем случае нельзя и, взяв такси, поехали к тете, что жила недалеко. Там я принял душ, побрился и насладился вкусом домашней еды. Это был рис и вареная курица…

А потом были слезы мамы… Больной отец, который признался, что это были самые тяжелые ночи в его жизни… Позвонить жене было некуда – телефонов в квартирах в то время в нашей деревне практически не было. Рано утром я сел в автобус и к обеду был уже дома.

— Знакомый отсидел 15 лет в тюрьме. Вернулся домой без ноги. Говорят, что он проиграл ногу на зоне. Это реально вообще?

— Отвечу на этот вопрос коротко и ясно. Хорошо, что если без ноги, но живой остался. То, что «бабкино сарафанное радио» распространяет, будто он в карты проигрался, то такое… Я могу ситуацию аналогичную привести. Я бы тоже мог без ноги остаться. Не буду говорить номер колонии. Скажу, что я был на строгом режиме. Пилили шпальник 9-ти метровый. Представляете, что это такое. Лес мороженый. Просто напросто надо было с каретки перекинуть на стол. Там расстояние небольшое. Вот и представьте, шпальник 9-ти метровый 20х25 примерно падает мне на левую ногу. Я ношу обувь летний вариант 42-й размер, зимний – 43-й. И вот мне 43-й показался 36-м. Может быть, когда-нибудь вы увидите меня в полный рост, и как я хожу. Тогда вы и спросите, Хохол, а ты чего хромаешь? Вот тогда мы вернемся к этой теме. Когда вам там насвистит народ, мол, чувачок ногу в карты проиграл, вспомните мою историю. Дальше, сломал я ногу. Меня, конечно, уволокли на рентген, сказали — перелом. Одели гипс. Я пробыл в гипсе месяц. Потом меня волокут снова на рентген, говорят, что неправильно у тебя, осужденный, срослось, давай ломать. Ну, конечно, а кто не согласится это сделать, чтобы нормально ходить? И я согласился. Мне сломали заново. Снова одели гипс. Это второй раз. И опять я месяц проходил в гипсе, вернее пролежал. В конце месяца меня опять волокут на рентген. И снова говорят, что у меня неправильно срослось. Докторов я в этот раз послал.

Сказал,как срослась, так и буду ходить. Больше я не дал себе ногу ломать. Может, об этом я когда-нибудь пожалею, но третий раз ломать я не дал, потому что тупо два месяца на койке пролежал, и плюс дали полтора месяца на реабилитацию. Я ходить практически разучился. По бараку двигался на костылях. Туалет был на улице, я все-таки в лесной зоне срок отбывал. Скрипя зубами, ходил, конечно. На костылях, но ходил. Потом, спустя два месяца реабилитации ходил с тросточкой еще месяц. А две недели ходил без тросточки. Так вот, вернемся к вопросу о том, что ногу проиграл в карты. Может быть по-разному. Может, шпальник упал. Может, лес на столе «пошел». Зимой же всякое бывает. Стол же необъятных габаритов. Туда лесовоз подходит, лебедкой с лесовоза сдергивает лес, затягивает. Пиловой стоит пилит, мерщик бегает. Может, этот парнишка, что без ноги домой пришел, был пиловым. А может, он мерщиком был или кубатурщиком. Вы этот вопрос не задавали себе? А я могу вам сказать, что зимой, весной и осенью всякое бывает. И вы представьте, когда выгружают лес, и он вас случайно заденет, то ни одна мама вас не спасет, ни одна бабушка не заговорит.

Если суждено тебе попасть под удар и ногу сломать, так оно и будет. Ладно, ты, может быть, и не сломал ничего, но если имеете представление, какие сучки бывают после леса, то поймете. Думаете, лес так быстренько гладеньким становится, ни одного сучечка нет. Сучки всякие бывают. Сучок он может просто так в ногу воткнуться, в мышцу. Подумаешь, поранился. Промыл ранку и дальше побежал. И мысли нет, что сучок инфекцию может занести. Ну, подержат человека дня два–три на больничном. Ну мышцу на ноге проткнул, ну и что. Посидел на больничном, иди дальше на работу. У него ни мамы, ни папы, а жить-то надо на что-то. Все, человек пошел, скрипя зубами, работать. Отрабатывает неделю, в субботу-воскресенье у него собригадники или сокамерники спрашивают, что да как. Он отвечает, что все нормально. Еще неделю отрабатывает. Но вы представляете, что такое инфекция в мышцу попала. Человек же двигается, а инфекция по организму распространяется. И все, нога начинает чернеть. В результате обращается к врачам, а уже поздно. Говорят, у тебя гангрена пошла. Вот вам и результат. Так что, поменьше верьте всякой такой «липовой» информации.

«Корреспондент Гаскаров в аду и другие истории», Петр Силаев

Мы целыми днями вышагивали по бетонному двору с наркодилерами и налетчиками, играли в настольный теннис, в «двадцать одно», грызли яблоки, но мысли мои были далеко — в вечно заснеженном аду Можайского централа, где очевидные бандиты и злодеи хотят мучить меня в течение следующих 13 лет. Зачем? Почему эти люди вообще есть? Ну, вот посадят они меня, даст им Стрела (бывший мэр Химок Владимир Стрельченко) премии — а дальше-то что? Что они с ними будут делать? Ну, поедут на шашлыки, напьются, будут стрелять из табельного оружия — а дальше что? Тьма.


Обложка книги Петра Силаева «Корреспондент Гаскаров в аду и другие истории» / Издательство сommon place

Петр Силаев, он же Петя Косово, он же DJ Stalingrad, он же Пит — автор «Исхода», евангелия антифашистского ультранасилия нулевых. Власти России считают его организатором погрома администрации Химок в 2010-м, когда триста или четыреста по-летнему одетых людей пришли порисовать граффити на стенах учреждения и пострелять из травматов. Сам Петр на эти обвинения ответил бы что-нибудь в духе: «У этого погрома не было ни единого шанса не случиться, ведь сама ситуация вела к нему». Силаев уехал в Европу, чтобы не оказаться за решеткой, и стал писать тексты о своих приключениях в разных странах, об испанской тюрьме, о беспорядках, об анархистах и Интерполе. Открывает сборник записанный Петром рассказ его друга Алексея Гаскарова, который на некоторое время попал в можайский СИЗО по подозрению в участии в химкинской истории. В изоляторе он испытал все радости общения с подментованными блатными. Предисловие к книге Гаскаров писал из СИЗО «Бутырка», где оказался в рамках уже «Болотного дела».

Крипи-кича в 10-ке[править]

Слушайте вторую кулстори, аноны.

Её мне рассказывали арестанты с ИК-10, г. Новополоцк (Витебская область). Собственно, этой ИК больше нет — расформирована и превращена в ЛТП.

Так вот заехал туда как-то бродяга, погоянло — Ватикан. Подробностей не знаю, но были у него какие-то серъезные петушиные рамсы. Хотели его в чём-то обвинить, но на кружку ещё отсадить не успели. Как истинный бродяга сразу с карантина он поехал в кичу. Или в ПКТ — не помню уже точно. Под крышу, в общем. И там, не долго думая, вздёрнулся — чтобы уйти из этого мира бродягой. Вот так вот.

И вот интересно — все пацаны с 10-ки, которых я видел на крытой, один за одним рассказывали, что в киче после этого стало твориться что-то странное. Постоянно самопроизвольно включались краны — как на долбане, так и на умывальнике. Падали предметы. Слышались странные стуки. В камере, где повесился Ватикан, вообще никто сидеть не хотел.
А местный поп приходил — кадилом махал. Ничего не помогало.

Плач из отдушины[править]

Аноны, на дваче недавно, попал сюда как раз благодаря сначу, так как в жизни сталкивался с НЕХ не один раз, вот вам первый мой тред.

Решил запостить вам тюремных историй, криповых и не очень, некоторые произошли со мной, некоторые являются тюремными легендами, так сказать. За пару дней, постараюсь запостить всё.

Начнём с первой тюряжки, на которой чалился в нулёвых — пятый централ в мск, СИЗО 77/5. Видимо из-за того, что там один корпус является малолеткой, то всяких историй о паранормальщине там немало.

Тюрьма старая, поговаривают все тюрьмы в Москве построены ещё Екатериной II в форме букв её имени (если смотреть с высоты полёта). Так оно или нет, проверить возможности нет. На пятом централе два корпуса — старый и новый. На новом малолетка (на тот момент была, как сейчас, я не в курсе), на старом взрослые. Соединены между собой корпуса — «кишкой» (так зк между собой называют длинный железный коридор, соединяющий корпуса, так как он висит в воздухе, плохо освещается и очень холодный).

О тюрьме ходят несколько легенд, первая связанная с той самой Екатериной. Поговаривают, что ночью, в «кишке», можно услышать ржание лошадей, стук копыт и даже при желании увидеть саму Екатерину на колеснице.

Вторая история, про маленького 14-летнего пацана, забитого на киче (в карцере) мусорами до смерти, и типа его плач можно слышать из отдушин по ночам. Как раз первая история, что случилась со мной на тюрьме IRL связана именно с этой легендой.

Время ближе к часу ночи. Вся хата спит. Надо сказать, что это была пресс-хата, в которую меня легавые закинули на три месяца, чтоб мокрухи повесить. Потом хату раскидали (через пару недель после этого случая, о котором рассказ), меня перевели уже в людскую. Для других хат, это была людская хата, в ней были одни пиковые, которые с подачи кума (тюремного опера), пытались выбить явки. Вопрос до блатных поднять возможности не было, так как у каждого из этого пикового, как говорят мама-папа-вор. Вполне возможно, что именно поэтому и столкнулись мы там с этой хернёй. Негативная энергетика, всё такое.

Короче , время ближе к часу ночи. К тому времени хату раскидали уже почти полностью, по сути она уже стала людской. Не сплю только я, и дорожник. Дорожник на дороге стоит (для тех, кто не в курсе, «дорога» — связь между камерами,грубо говоря верёвка за окнами), я просто тусуюсь. Если надо подтянусь с соседями побазарить и тп. Напротив нашей хаты — камер не было. Соседняя слева хата была обиженной, но на тот момент пустовала. Люди были только в соседней справа хате. Связь с соседней камерой вплане общения, была через отдушину. Соседи стучат определённый цинк в стенку, подтягиваешься на отдушину и говоришь.

Время было час ночи, было тихо. Тут из отдушины раздаётся плач. Такой детский,детский прям, и тихий. Я у дорожника спрашиваю, говорит тоже слышит. Цинкую в стенку соседям, те подтягиваются на отдушину. Говорю «это у вас кто-то плачет ?», говорят нет. Ну так-то вообще на малолетке даже , редко кто будет при всех плакать. Сожрут морально за подобное. Говорю «а ты слышишь плач?», он говорит «нет».

С отдушины слазию, плач всё идёт. Крипотно не было на тот момент, лишь интерес. Сразу вспомнили историю про того пацана. И тут плач затихает. И за окнами резко раздаётся звук качающихся качелей и детских смех. За окнами выходящими в тюремный двор, где никаких разумеется качелей и детей не может быть вообще. Тут мы уже немного кирпичей отложили. Вскоре всё затихло.

Суд

Суд состоялся через пару месяцев. Адвокат назначен был за неделю до суда. Мы поговорили, все вроде было нормально, он заверил что будет условное наказание и… исчез. Ровно за 20 минут до суда я узнал, что у меня другой адвокат, так как первый ушел в отпуск. Она вихрем влетела в коридор, чуть не опоздав на слушание моего дела. Тут же, при мне, по диагонали прочла обвинительное заключение и все…

И вот подошла моя очередь. Из присутствующих в зале – моя жена. Судья — пожилая женщина, да двое «народных заседателей». Зачитали обвинение, потом допросили одного из парней, задерживавших меня и свидетеля. Им была женщина, тоже являющаяся опером из той же бригады. Я почти ничего не помню из того, что происходило на суде, но один момент из диалога судьи с этой женщиной помню практически дословно:

— Вот вы постоянно занимаетесь отловом карманников в транспорте. Какое впечатление у вас сложилось об этом человеке? Как о новичке, неумелом и неловком или нет?

— Что Вы, я уже не первый год занимаюсь этой работой, но таких профессионально работающих в транспорте карманников очень мало видела!

А потом говорила адвокат. Она предоставила около двадцати почетных грамот, полученных мной за время работы в пароходстве и характеристику. Что-то говорила. А потом мы вышли и минут двадцать ждали решения.

Решение было – три года общего режима с отсрочкой исполнения приговора. Это означало, что в течение этого времени я буду обязан каждые три месяца приносить характеристики с места работы и если за этот период я не совершу ничего, то судимости на мне не останется. Если же случится что – сидеть срок с нуля и полностью.

Учитывая ситуацию, я перешел из зама начальника на должность лоцмана-оператора и стал спокойно работать за пультом, в смене.

Характеристики я сдавал в наш городской УВД, в отдел, которым руководила прекрасная женщина, майор, с которой мы вместе работали в Инспекции по делам несовершеннолетних. Мне было ужасно стыдно идти к ней в первый раз, на регистрацию. Она очень радушно встретила меня и усадив, стала читать документы.
А потом она сказала, что я далеко не первый, попавший в такие жернова и все будет нормально!

Так оно и было. Я приносил характеристики и мы с ней прекрасно общались.
Жизнь пошла размеренная и спокойная – я работал, с удовольствием отдаваясь работе и с не меньшим удовольствием шел со смены домой.

В тот период мы много гуляли по лесу, собирали и сушили папоротник-орляк, мариновали и солили грибы. Всего этого было очень много в округе, совсем рядом с домом. Опят мы корзинами собирали в лесу, в 200 метрах от дома! Папоротник тоже, в 20 минутах спокойного хода. Надо сказать, что сами мы и папоротник и грибы почти не ели и практически все раздавали друзьям!

Именно тогда я и начал развивать свое пристрастие к рыбалке!

Про Олю и бизнес

Оле с мужчинами не везло, был муж, но он бросил её с новорожденной дочерью, потому что та родилась с отклонениями. Оля духом не упала и организовала небольшой бизнес, который неплохо работал и кормил и её, и дочку. Конечно, молодой и активной Ольге хотелось мужского тепла. И однажды она познакомилась с замечательным мужчиной, которого звали Сергеем. Правда, ему ещё год нужно было досидеть. Но осудили его ни за что, его подставили.

Друзья Оли старались убедить её порвать с ним переписку, но влюбленная особа показывала подругам письма, в которых заключённый нежно признавался ей в любви. Лена познакомилась с семьёй Сергея и начала вместе с его сестрой возить передачки. Примерно в это же время влюбленные расписались. Когда он вышел, то сразу переехал в квартиру Ольги и с собой взял сына от другой женщины. И вместо того, чтобы найти работу, Сергей стал отдыхать. Иногда он покупал Оле цветы, конфеты и бижутерию. Но большую часть времени лежал на диване и курил сигареты.

Ольга работала теперь на четверых. И в какой-то момент начала замечать, что из сейфа в офисе стали пропадать деньги. Сначала она грешила на собственную растерянность из-за перманентного состояния счастья, в котором она пребывала последние месяцы. Пропажа денег стала регулярной. Пропадали крупные суммы, десятки тысяч рублей. Оля решила сменить замок на сейфе. Это помогло на пару недель. Потом всё возобновилось. Тогда озадаченная бизнес-вумен установила в офисе скрытую камеру. И буквально на следующий день увидела на записи собственного благоверного, который своими ключами открывает и дверь в офис, и сейф. Большую часть денег он тратил на общак, часть — на рестораны для себя и совсем маленькую часть — на подарки для жены. Конечно, после того, как тайное стало явным, Ольгину влюблённость сняло, как рукой. Сергея с сыном она выгнала, и осталась жить со своей маленькой дочкой, отдавая свою любовь ей и бизнесу.

  • Были ли на Руси гаремы?
  • 10 людей, умудрившихся продать неожиданные вещи
  • 5 грубых ошибок, которые ежедневно совершает наш мозг
  • 5 вредных убеждений, навязываемых вам для «позитивного мышления»
  • Зачем русские женщины носили чугунную бижутерию?

ТЕЛЕМАСТЕР

— Петрович, починишь телевизор? – спрашивал у заключённого некий офицер из персонала тюрьмы.
— Отчего ж не починить, приносите, — отвечал заключённый.
— Спасибо тебе, Петрович, за ремонт, — звучало в зоне через несколько дней. – Дай Бог тебе на волю поскорей выйти, — такие слова чаще всего и служат платой за какую-то работу заключённого.
И бывает, что умельцам даже отдельную камеру выделяют под мастерскую…
Но слаб, слаб духом человек…. И стали служащие замечать блестящие глазки Петровича, и ни с чем несравнимый запашок перегара от него чуяли. А обыск в его отдельных апартаментах ничего не давал. Сам он из камеры никуда не выходил, выполняя очередной срочный заказ. А вечером был, мягко говоря, навеселе.
— Петрович, лучше сам прекрати, — увещевали его тюремщики, но тот только ухмылялся в ответ.
Если человек в тюрьме делает что-то запрещённое, и никто не может его поймать, то такие люди становятся очень уважаемыми в зоне. Всем заключённым хочется поиздеваться над охраной. Это один из видов развлечения в тюрьме.
Но опять же, сколь верёвочка не вейся…. В один прекрасный день в камеру к телемастеру Петровичу вошли с очередной проверкой. А у того, как всегда, всё в порядке, и нет ни претензий, ни замечаний. И тут… оно и случилось! Лишь только собралась, было, комиссия камеру покинуть, как раздался …выстрел!!!
Это был характерный звук: «Ба-бах!», который несомненно узнали и поняли все присутствующие, потому что сразу характерно запахло сивухой. Оказалось, что бражку заводил Петрович в одном из …кинескопов, десяток которых имелись у него в камере.
— И где ты только дрожжи берёшь, Петрович, — усмехаясь, спросил начальник тюрьмы.
— Сами заводятся, — отвечал Петрович. – Ну…, гражданин начальник, раз уж нашли, дайте хоть кружечку отведать напоследок.
— Нет, Петрович. Ты же сам знаешь, что не положено, — отвечали ему.
— Знать-то знаю, — усмехался тот в ответ. – Но думаю, что я ещё чего-нибудь придумаю.
— Где дрожжи-то берёшь, расскажешь?
— Нет, не моя это тайна.

А тайна эта — стара, как мир. Любой выпивоха, в любой русской деревне знает, что сырые дрожжи можно сделать из обычного хлеба. Надо лишь слегка смочить хлебный мякиш, сунуть его в кастрюльку, которую поставить в тёплое место. Через недельку – дрожжи готовы.
Голь на выдумки хитра, – гласит поговорка. Но русская голь – вдесятеро хитрее…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector